«Какая же ты жестокая!» — вздохнул муж с грустью, осознавая, что их мать не найдет тепла в их доме.
Через месяц в дом престарелых переезжаю — помоги с вещами, пожалуйста.
Алексей молчал, не находя слов.
А вот его жена сразу забегалась:
— Конечно, помогу, приеду с тобой, всё погрузим и перевезём.
Правильное решение — с ровесниками веселее, чем одной же.
Сопровождая Ольгу Ивановну в районный дом престарелых, Алексей испытывал смешанные чувства.
Не спорю — персонал здесь замечательный, директор добрый и душевный, видно — к старикам относятся с теплом и заботой.,Тем не менее само здание приюта давно нуждалось в ремонте.
В коридорах линолеум был испещрён проплешинами, из окон дуло, а в комнате отдыха, кроме сломанного телевизора и изношенных кресел, не было ничего… Комнатка Ольги Ивановны оказалась маленькой и сырой, кровать провалилась посередине, а стулья едва держались, но мать даже не дала виду, что её огорчает такая обстановка. — Ничего, мам, — сказал Алексей, — я тебе здесь такого ремонта устрою, что все обзавидуются, когда в отпуск пойду, обязательно сделаю.
Ну, не грусти, скоро приедем в гости, жди нас. Об обещании Алексей вспомнил лишь спустя полгода, когда Ирина напомнила, что пора что-то решать с родительским домом, лето — самое подходящее время для продажи. Директор приюта не упрекнул редких посетителей, очень тепло говорил о Ольге Ивановне. — Перед тем как подниметесь на второй этаж, загляните в комнату отдыха — возможно, ваша Тамара Сергеевна там с подружками смотрит телевизор.
Пойдемте, я вас провожу. В комнате отдыха матери не оказалось.
Осмотрев помещение, Алексей даже посвистнул: — О, у вас тут какая красота появилась!
Диван и новые кресла, телевизор занимает всю стену, цветы повсюду — просто великолепие!
Много пришлось потратить на ремонт? — Спасибо вашей маме! — улыбнулся директор. — Мамe? — покачал головой Алексей. — Каким боком она здесь? — Вся эта красота куплена на её деньги. — Откуда у бабули такие деньги? — засмеялась Ирина, но вдруг вскрикнула. — Алексей!
Это она продала наш дом… Ольга Ивановна с легкой усмешкой смотрела на разгневанных родственников, которые сыпали на неё упрёками и обвинениями в эгоизме. — А чего вы так шумите?
Я ведь не ваш дом продала, а свой.
Мне здесь хорошо, тепло, весело, вот и захотелось что-то подарить хорошим людям, — с хитринкой улыбнулась баба Оля, поглядывая на красную от злости Ирину. — Ведь лучше дом продать и порадовать народ, чем им умереть с голоду, правда, Ирин?
Ирина отвернулась, опустила глаза и выбежала на улицу. Исправить ситуацию уже было невозможно.