«Мама, кто этот дядя?» — с тревогой спросила Оксана, когда Тамара заметила, как на нее смотрит незнакомый мужчина в метро
Оксана явно была раздражена: возможно, она узнала отца, а может, просто с утра проснулась в плохом настроении.
Она с трудом волочила ноги и хмурилась, высунув нижнюю губу. — Знаешь что? — неожиданно предложила Тамара. — Давай сегодня не пойдем на занятия? Хочешь поедем в парк, покатаемся на каруселях?
Настроение дочери сразу улучшилось: она засмеялась, стала рассказывать, на какой лошадке прокатится первой, а на какой второй.
Было приятно видеть ее счастливое лицо, но в душе у Тамары остался болезненный осадок.
Мама была права — она с Оксаной никому не была нужна.
Сначала Тамара и не думала о новых отношениях, ей и так хватало забот.
Она ушла с работы, обзвонила частные фирмы, подрабатывала в основном ночью, когда Оксана спала.
Днем же были визиты к врачам, занятия и прогулки — о свиданиях и речи не шло.
Однако потом мама, хоть и говорила, что не собирается помогать, начала брать Оксану к себе, освободив для Тамары вечера.
Наверное, мама хотела поступить правильно, но в тихие вечера, когда квартира наполнялась глухой тишиной, Тамаре становилось так одиноко, что хотелось кричать от отчаяния.
Друзей у нее почти не осталось — все разошлись, пока она была занята дочерью; новые оказались с такими же проблемами, как у нее, а постоянно находиться в этом кругу было невозможно.
Мужчины… Даже если кто-то появлялся в ее жизни, они быстро исчезали, и она не успевала понять, серьёзно это или нет.
И казалось несправедливым, что у Игоря всё складывается хорошо, он счастлив с новой женой и маленьким сыном, а она одна, никому не нужная со своими трудностями.
В парке было мало людей: будний день и сырая осенняя погода.
Тамара всегда старалась приводить Оксану в такие дни, чтобы привлекать меньше внимания и избегать оскорбительных взглядов.
Сегодня тоже повезло: ни одного косого взгляда и ни одного лишнего вопроса.
Оксана прокатилась три раза — по одному разу на каждой из своих любимых лошадок. Потом они отправились на поиски уток.
Но утки уже улетели, и Оксана расстроилась, порезвилась немного в грязной осенней листве с детским плачем, успокоилась лишь после того, как Тамара пообещала ей картошку фри.
За картошкой они поехали на метро: Тамара была вымотана и устала, не могла больше носить Оксану на руках.
Она постаралась очистить куртку дочери влажными салфетками, а затем спустились в метро.
Там им не повезло — начался час пик, люди толкались и шумели, что нервировало Оксану.
Когда в углу освободилось место, Тамара усадила туда дочь, и та радостно улеглась, заглядывая в планшет к соседской девочке.
Сама Тамара осталась стоять поблизости.