«Я ж не чей-то дом продала, а свой» — с хитрой улыбкой ответила Наталья Ивановна на упреки родственников
Алексей остался безмолвным.
А жена сразу взялась за дело:
— Конечно, поможем, я приеду с тобой — все погрузим, перевезем.
Правильно решили — с ровесниками веселее, чем одной.
Полтавский дом престарелых, куда заботливые сын с женой привезли Наталью Ивановну, вызвал у Алексея смешанные чувства.
Без сомнений, персонал отличный, директор добродушный и душевный, сразу понятно — здесь пожилым уделяют заботу и тепло.,Тем не менее само здание приюта давно нуждалось в ремонте.
Линолеум в коридорах был изношен до дыр, из окон проникал холодный ветер, а в комнате для отдыха, кроме сломанного телевизора и старых кресел, ничего не имелось… Комнатка у Натальи Ивановны оказалась небольшой и сыроватой, кровать просела, стулья шатались, но мать даже не подавала виду, что обстановка ее огорчает. — Ничего, мам, — заверил Алексей, — я тут тебе такой ремонт замутю, что все позавидуют, когда пойду в отпуск.
Ну, не скучай, скоро заглянем, жди гостей. Об обещании Алексей вспомнил лишь спустя полгода, после напоминания Ольги о том, что пора принимать решение по родительскому дому, ведь лето – самое подходящее время для продажи. Директор не высказывал никаких претензий редким посетителям, с нежностью рассказывал о Наталье Ивановне. — Прежде чем подниматься на второй этаж, зайдите в комнату отдыха — возможно, ваша Тамара Сергеевна там с подругами смотрит телевизор.
Пойдемте, я вас проведу. В комнате отдыха матери не оказалось.
Оглядевшись, сын даже присвистнул: — О, здесь у вас какую красоту устроили!
Диван и новые кресла, телевизор на всю стену, повсюду цветы – красота необыкновенная!
Ремонт, наверное, влетел в копеечку? — Вашей маме признательность, — улыбнулся директор. — Вашей маме? — Алексей покачал головой. — Как она тут связана? — Все эти изменения сделаны на её деньги. — Откуда у бабушки такие средства? — рассмеялась Ольга, а потом внезапно ахнула. — Алексей!
Это она продала наш дом… Наталья Ивановна с невозмутимой улыбкой смотрела на сердитых родственников, которые заваливали её упреками и обвинениями в эгоизме. — А зачем вы так возбудились?
Я ж не чей-то дом продала, а свой.
Здесь мне хорошо, тепло и весело, поэтому захотелось подарить что-то хорошее людям. — Бабушка Наталья с хитрой улыбкой взглянула на покрасневшую от злости Ольгу. — Ведь лучше продать дом и порадовать народ, чем ими подавиться, правда, Ольга? Ольга опустила глаза и быстро вышла на улицу.
Изменить уже ничего было нельзя.