«Можно мы выйдем на улицу? Потом зайдём?» — тихо спросил Алексей, ощущая нарастающее напряжение в сердце Тани.
Татьяна шагала с трепетом в сердце — этот день она часто видела во снах.
В ее мыслях возникала маленькая девочка в белом платье с кружевами, с пышной, кудрявой шевелюрой, украшенной большим бантом.
Она представляла блестящие черные туфельки с боковыми застёжками и белые колготки.
Девочка подходила к ней и Алексею, поднимала свои большие серые глаза с густыми черными ресницами и, приоткрыв нежные губки цвета вишни, улыбаясь белоснежными зубками, приглашала их домой.
Её пухлые ручки, словно обмотанные тонкими ниточками, легко обхватывали Таню с Алексеем, и они вместе шли навстречу закату… Однако встреча оказалась не слишком радушной.
Воспитатели лишь формально улыбались, а директор произнесла набранные словами приветствия с явной усталостью.
Татьяна с Алексеем оказались в просторном помещении, которое воспитатели называли спортзалом.
Таня смотрела на девочку и мечтала иметь такую дочку.
Дети спокойно вошли, сцепившись за руки, но сердце женщины оставалось холодным.
«А вдруг мама права?» — тревожно думала она, — «А вдруг я не смогу полюбить чужого ребёнка, ведь это так непросто.»
Но она отгоняла сомнения прочь: «Нет! Здесь наша дочь, нужно только внимательно всмотреться.»
Алексей стоял с отрешённым взглядом, его мало волновало наличие или отсутствие ребёнка в их жизни, его устраивало буквально всё.
«Если Тане хочется заботиться — пусть будет так.»
Он был не против, а, может, даже мог бы кое-что похвастаться друзьям, мол, жену с дочкой отправил в Ялту, а сам всецело занят делами.
Бросив взгляд на детей, Алексей вновь сосредоточился на окне, высоко над полом, где был виден небольшой кусочек неба. Его посетило желание выйти отсюда, схватить Таню за руку и что-нибудь ей пообещать.
Спросить: «Зачем нам это всё? Ведь вместе нам хорошо — просто вдвоём.»
Но он промолчал. Таню он любил, и именно эта любовь привела их сюда.
Таня повернулась к мужу, ей было неловко, ведь ни один из детей не казался ей родным. — «Можно мы выйдем на улицу? Потом зайдём?» — тихо спросил Алексей.
Воспитательница пожала плечами без особого интереса — она была привыкшей к капризам усыновителей. По словам директора, сейчас придёт звонок от спонсора, а им нужно выбрать самых крепких детей.
«Крепких», — подумала женщина, будто выбирала товар на рынке. Это вызывало у неё горькие чувства. Она вывела всех ребят нужного возраста.
«Это не магазин, — цинично размышляла она, — скорее лотерея». Ей хотелось дать шанс всем детям, забрать их всех к себе домой, согреть любовью — но последние десять лет эта мечта покинула её.
Конечно, сейчас они обсудят всё дома, муж приведёт весомые доводы, и она, сморщив свой, возможно, скорректированный нос, безропотно сядет в машину. Вытрет платочком слёзы с творческих глаз и уедут домой.
Жена обратится к психологу и долго будет переживать тему обездоленных детей.