«Господи, где он сейчас?» — думал Владимир Сергеевич, вспоминая потерянные годы и неожиданную дружбу с молодым соседом
И не заставляй мать больше переживать, ты же знаешь, мама — это мама, она жизнь тебе дала, вот что! — у Владимира Сергеевича защипали глаза, как в детстве.
Он поднялся и, немного пошатываясь, вышел в коридор.
Ведь именно здесь, у родительского дома, он когда-то сидел на скамейке, чуть не замёрз.
Теперь там живут чужие люди, всё ушло в прошлое, и это было очень больно… На следующий день после обхода врача к ним зашла Нина Ивановна.
Дмитрию действительно стало гораздо лучше, а мама уже выглядела иначе.
Хотя седина в волосах и старая одежда по-прежнему придавали ей вид почти старушки.
Но голос звучал радостно и моложе, а глаза сияли: — Димочка, сказали, тебе нужно принести наваристый домашний куриный бульон.
И ещё я котлетки приготовила, они ещё тёплые! — женщина спешно доставала еду из сумки, а затем повернулась к Владимиру Сергеевичу: — Мужчина, и вам стоит домашнего поесть.
Вам нужно поправляться, силы восстанавливать, не стесняйтесь.
Ой, простите, забыла спросить, как зовут моего соседа, сына моего?
С тех пор, как вы появились, Дмитрий как будто сразу стал лучше, спасибо вам! — Ничего особенного я не сделал, простите, что так вмешался, меня Владимир Сергеевич зовут, а вас?
Он смотрел на неё и думал — а вдруг это она, его Тамара?
Похожи, да и глаза серые, волосы поседели от забот!
Может, она так и не вышла замуж?
Возможно, тогда родила ребёнка от него, может, плакала у его могилки, а потом уехала никуда не глядя?
И рассказала про отца-дальнобойщика, потому что так и было? — Меня зовут Ирина, Ирина Валентиновна, — она улыбнулась и подтянула старую кофту.
Владимир Сергеевич понял — нет, не она, но улыбка у неё добрая, и он ответил улыбкой в ответ. — Прошу прощения за вопрос, но мне сказали, что вы без жилья.
У нас у знакомых квартира стоит пустая, Дмитрий там будет жить.
Дом собираются расселять, а вещи их ещё не все вывезены.
Они не берут деньги, а может, у вас ситуация изменится? — неожиданно предложила Ирина Валентиновна. — Но вы меня совсем не знаете? — удивился Владимир Сергеевич. — Не знаю, но у вас доброе лицо, и, может, некому больше помочь? — Спасибо, я подумаю, — Владимир Сергеевич внутренне растрогался, никто ему раньше так просто помочь не предлагал.
Владимир Сергеевич вместе с Дмитрием выписались в один и тот же день.
Ирина привезла сыну вещи и, слегка смущаясь, подготовила и для Владимира Сергеевича: — Берите, здесь всё чистое, не стесняйтесь!,Владимир Сергеевич выразил благодарность и дал согласие.
Одежда была выглажена, источая запах свежести и чего-то родного из детских лет.
Только мать могла давать ему такие вещи после купания.
Было понятно, что вещи принадлежат Дмитрию — он парень высокий, и на Владимире Сергеевиче они слегка длинноваты, но выглядят хорошо, и словно придают ему молодости. — Мы с Дмитрием приняли решение — поедем к нам, там всё станет ясно, вы согласны? — предложила Ирина Валентиновна, и Владимир Сергеевич не стал отказываться. — Только не думайте, что я легкомысленно поступаю, комнату свою снимаю, да и деньги имеется, просто ноги не тянутся туда, — произнёс Владимир Сергеевич, но, видимо, ему не поверили.