«Ты серьезно хочешь забрать ее к нам?» — с недоумением спросила Ольга, резко остановив работу на кухне.
Эту необычную историю из жизни мне поведала моя Тамара Сергеевна, к которой я нередко приезжаю в Лубны.
Давненько мы не встречались — я провела два года, трудясь за границей, а после возвращения домой сразу направилась к моей дорогой бабушке.
Проведя несколько дней в Лубнах, я вдруг осознала, что ни разу не повстречала Надежду Ивановну — соседку бабушки, жившую через дорогу.
Мне всегда импонировала эта добрая пожилая женщина, истинная работяга.— Тамаруль!
А где твоя приятельница Надежда Ивановна?
Уже неделю ее не было видно.
С ней всё в порядке? — я встревожилась. Тамара Сергеевна взглянула на меня с изумлением:— Да она уже больше года в доме престарелых находится.— И вдруг поняла. – Ах, ты ведь ничего об этом не знаешь!
Слушай тогда.— И Тамара Сергеевна приступила к рассказу. Как я уже упоминала, баба Маша всегда была трудолюбивой.
Никто из деревенских не встречал её без дела — то она на грядках пашет, то в саду, то корову со стада выводит, то печет пироги — угощала ими почти весь Лубны, то рано утром с двумя ведрами черешни бежала на автобус.
Свежие овощи и фрукты, зелень, яйца от кур, платки из козьего пуха, сметану — всё подряд Надежда Ивановна отвозила на рынок в Кременчуг и торговала там, каждую заработанную копейку аккуратно складывая в жестяную коробку из-под печенья.
Деньги она копила не для себя — сама много не требовала — а для единственного сына Алексея, его жены Ольги и внучки Светланы.
Сын с невесткой обитали в Виннице, в трех часах езды, но навещали мать часто.,С огородом и живностью помощи не оказывали, зато за продуктами из деревни приезжали регулярно.
Иногда багажник машины настолько забивали, что колеса буквально уходили вниз под весом. С течением времени Надежда Ивановна медленно стала стариться и испытывать недомогания — то спину прихватывало, то ноги закручивало, то руки в суставах сводило из-за усталости, то давление скакало.
Постепенно она стала всю живность раздавать, а в огороде оставила себе лишь пару грядок, а на остальной земле разрешила соседям сажать картофель.
Сын Алексей стал навещать всё реже, а его жена Ольга и вовсе перестала приезжать — с деревенской мамы уже почти нечего было взять. Когда у бабы Маши вдруг ухудшилось зрение, она испугалась, позвонила сыну и попросила показать её городским врачам.
Алексей приехал и забрал мать.